Людей «резать» проще. Кому в России грозят сокращения и куда податься уволенным

Низкая безработица не спасает от сокращений

За 10 месяцев число сотрудников, которых компании планируют сократить, выросло в России на 43%, до 105 147 человек к 1 апреля — об этом сообщил Роструд. Причём растёт это число устойчиво ещё с середины прошлого года: в июне 2025-го число подлежащих сокращению сотрудников составляло 73 572 человека, а в последнем квартале 2025 года количество тех, кто попал под сокращение, выросло на 59% год к году.

Подтверждает это и статистика SuperJob. Аналитики платформы выяснили, что оптимизацию численности персонала уже проводят 13% работодателей — правда, из-за дефицита кадров по возможности стараются это делать переводом сотрудников на неполный рабочий день или сокращённую рабочую неделю. Кроме того, по данным Российского союза промышленников и предпринимателей (РСПП), компании начали активно сокращать и расходы на персонал — доля урезанных затрат выросла с 12,4% до 25%. В каждой второй организации допускают увольнение части сотрудников.

Всё это кажется парадоксальным на фоне минимальной безработицы, которая только недавно побила очередной рекорд — в первом квартале 2026 года Россия стала страной с самой низкой безработицей в G20, этот показатель составил всего 2,2%. Страна впервые за всю историю столкнулась с нехваткой рабочей силы, и это стало серьёзным вызовом для экономики, заявила в апреле глава Центробанка Эльвира Набиуллина.

Так в чём же дело? Если рабочих рук не хватает буквально везде, почему начинаются сокращения?

Белые — отдельно, синие — отдельно

Основной причиной этой парадоксальной ситуации опрошенные 78.ru специалисты назвали расслоение рынка труда. Фактически сегодня существует два диаметрально противоположных рынка — для синих воротничков, разнорабочих, линейных сотрудников и для офисных сотрудников, так называемых белых воротничков, указал эксперт в сфере управления продажами и аутсорсинга линейного персонала Александр Смирнов.

— Людей в экономике действительно не хватает, но не количественно, а качественно. Нужны сварщики, операторы станков, инженеры, медики. При этом в офисах на административных ролях наблюдается кадровый переизбыток. Получается, на заводе работать некому, а в головном офисе есть кого сократить, — отметила руководитель ООО «Лаборатория смыслов», эксперт-консультант по бизнес-трансформациям, лидерству и культуре управления Юлия Кузнецова.

Среди синих воротничков ощущается сильная нехватка, и чем дальше, тем она будет больше, подтвердил Александр Смирнов. Обычных рабочих трудно заменить или сократить, ведь именно от них зависит производительность предприятия. А вот «раздутый» штат офисного персонала гораздо более гибок и потому более подвержен сокращениям на фоне каких-либо процессов.

И нельзя не признать, что процессы эти уже начались. В последние годы на фоне высокой ключевой ставки российская экономика притормозила, и это означает, что во многих сферах прибыль снизилась, а расходы — напротив, выросли. В итоге бизнес вынужден считать каждый рубль, и если раньше можно было держать «про запас» несколько аналитиков или координаторов, то теперь каждая должность должна приносить измеримую пользу, отметила Юлия Кузнецова.

— Когда мы говорим про офисный персонал, тут мы должны сваливаться в конъюнктуру рынка. И на сегодняшний момент мы видим, что многие компании не берут дополнительные кредиты из-за высокой стоимости этого кредита, не стремятся развиваться. То есть развивают свою компанию единицы, это сейчас не массовое явление. Поэтому многие компании на сегодняшний день в рамках небольшого плеча планирования всё же идут в сторону сокращения издержек, нежели увеличения выручки, — констатировал Александр Смирнов.

Впрочем, есть и другая точка зрения, согласно которой сокращения персонала — это следствие не замедления экономики, а управленческих ошибок.

Рыба гниёт с головы

Вырастить бизнес и управлять бизнесом — это два разных навыка, которые почти не пересекаются, рассказал в беседе с 78.ru основатель сети медицинских клиник «МИА.РФ» Роман Чурин. Когда на дворе «жирные годы», растёт абсолютно всё, что не является откровенно убыточным, а вот управлять выросшей компанией в условиях нормальной конкуренции и дорогих денег умеют единицы.

Многие компании за годы роста накопили большое количество управленческих ошибок, отметил эксперт. Самая частая — зависимость от одного крупного заказчика.

— Классическая история: компания живёт подрядчиком монополии, несколько лет «денег мама не горюй», все довольны. Потом монополия снижает объём заказа, и предприятие в течение полугода начинает резать штат. Это не бизнес, это рента, о которой все думают, что это бизнес. Любой собственник, у которого был хотя бы один «жирный» год, обязан был в этот год диверсифицировать клиентский портфель — особенно если заказчик у него ровно один. Не сделал — получи сокращения. Виноват не рынок и не кризис, виноват тот, кто принимал стратегические решения и считал устойчивостью то, что устойчивостью никогда не было, — указал эксперт.

Есть проблема с отсутствием нормального управленческого учёта, когда собственник не видит возникающих «дыр» и реагирует на них постфактум. Отсутствие аналитики аудитории, понимания юнит-экономики каждого канала привлечения, работы с действующей базой клиентов, несогласованность подразделений, когда каждый отдел оптимизирует собственные показатели, а не общую динамику компании — всё это приводит к тому, что в сумме предприятие теряет деньги. В итоге собственник, как правило, принимает решение сокращать сотрудников.

— Потому что людей «резать» проще, чем разбираться в собственных процессах, — констатировал Роман Чурин.

При этом сокращать будут не тех, кто довёл компанию до сокращений, уточнил эксперт, то есть не некомпетентный управленческий персонал. Сокращают исполнителей, потому что сократить их легче всего, а топ-менеджмент остаётся «чистым».

— Топ-менеджмент, который годами не диверсифицировал портфель, не строил процессы и не считал экономику, обычно выходит из этой истории с бонусом и переходит в следующую компанию повторять тот же сценарий. Это системная проблема российского корпоративного управления, и в ближайшие два-три года она будет вскрываться всё жёстче, потому что собственники начинают наконец считать деньги, — отметил Роман Чурин.

Откуда увольняют — и куда уходят

Но пока увольняют всё-таки обычных сотрудников, надеясь сохранить бизнес — и эксперты рассказали 78.ru, где таких сокращений больше всего.

— К сферам с максимально заметной оптимизацией можно отнести ретейл, банки, часть консалтинга и медиа. Это направления, в которых есть много повторяющихся действий и которые можно автоматизировать или перестроить. При этом в промышленности, строительстве, медицине и оборонке кадровый дефицит только усиливается, и туда как раз перетекают те, кто готов переучиваться или менять профиль, — констатировала Юлия Кузнецова.

Надо отметить, что промышленность тоже неоднородна: скажем, угольное производство сейчас в кризисе и сокращает персонал, то же можно сказать об автомобильной промышленности, добыче нефти, металлургии. Зато сельское хозяйство и в целом агропромышленный комплекс очень нуждается в рабочих руках, и это отражается как в вакансиях, так и в зарплате.

Интересно, что кроме коммерческих предприятий сокращения фиксируются и в бюджетном секторе: Роструд указывает, что чаще всего на грани увольнения находятся работники в сферах управления финансами и налогообложения, в больницах, органах госуправления и местного самоуправления. Причиной эксперты называют стремление к повышению производительности при оптимизации численности персонала, ведь труд бюджетников оплачивается из бюджета, а он в России пока дефицитный.

При этом сокращённые сотрудники зачастую переходят в другую, похожую сферу, а кто-то уходит на проектную занятость или фриланс. Случаи, когда белые воротнички становятся синими, есть, но это пока не массовое явление, обратил внимание Александр Смирнов.

— Сегодня у людей появляется гибкость: многие находят себя в самозанятости, смежных отраслях (например, в логистике) или даже меняют профессиональную траекторию, следуя принципу «хобби как профессия», — отметила в беседе с 78.ru кандидат экономических наук, доцент кафедры менеджмента Президентской академии в Санкт-Петербурге Ольга Кучина.

Рынок труда сегодня проходит стадию естественного процесса трансформации, и низкая безработица при кадровом дефиците в одних отраслях и сокращениях в других — один из его признаков. При этом рынок становится более подвижным, и это неплохо, указала Юлия Кузнецова. Подвижности этой способствует и государство, и появление новых сфер деятельности.

— Особенно ценно, что растёт запрос на ручной труд, который невозможно заменить машинами, и на компетенции в сфере ИИ. Безусловно, поддержка государства в виде бесплатной переподготовки на востребованные специальности (рабочие профессии, биоинженерия, кибербезопасность, устойчивое развитие) — это верный и своевременный шаг. А новые направления вроде дизайна эмоций или архитектуры виртуальных миров открывают интересные горизонты для тех, кто готов развиваться уже сегодня, — констатировала Ольга Кучина.

Чтобы не резать людей, режут деньги

Стоит отметить, что далеко не все предприятия стремятся «резать людей» ради сохранения компании. Многие ищут другие методы — например, переводят сотрудников на частичную занятость, часто вынужденно, из-за падения спроса на продукцию, лишь бы сохранить штат, некоторые отправляют людей в простой. Как указывает ЦБ, чаще всего такая ситуация складывалась в автомобильной промышленности, правда, к началу 2026 года она улучшилась.

Ещё один способ — сокращение не людей, а зарплат. Эксперты подтвердили, что есть сферы, где его применяют.

— Есть такой способ «мягкой» экономии, где вместо увольнений компания может перевести людей на неполный рабочий день, пересмотреть премии или не повышать зарплату. Такое встречается на заводах с невысокой прибылью и в региональных офисах. Но тут важно понимать, что для многих бизнесов это способ сохранить команду в кризис, а не специально ухудшить условия труда, — обратила внимание Юлия Кузнецова.

Александр Смирнов указал, что чаще всего при таком способе экономии сокращают не окладную часть, а премиальную. К премиям часто привязывают дополнительные KPI, переходя от модели выплаты премий «просто так» к выплатам действительно стимулирующим, за те или иные успехи.

Кроме того, многие компании отказываются от индексации зарплат, оставляя их на прошлогоднем уровне — это тоже способ оптимизировать затраты без сокращения людей. Как сообщил ЦБ, замедление роста зарплат наблюдалось в логистике, сельском хозяйстве и обрабатывающих производствах, при этом предприятия связывают такую тенденцию со снижением спроса. Более сдержанными становятся и темпы роста предлагаемых зарплат, кроме того, большинство предприятий, по данным ЦБ, не планируют в 2026 году расширение штата, а стремятся сохранить текущую численность.

Всё это говорит о том, что тем сотрудникам, кто попал под сокращения, будет уже не так просто найти работу, как в прошлые годы — по крайней мере, в той же сфере. Переход из белых воротничков в синие по-прежнему актуален: на производстве рук всё ещё не хватает, правда, нужно ориентироваться на свой регион. Так, на Северо-Западе сегодня растёт деревообработка и выпуск цветных металлов, а также очень нужны сотрудники для строительства ВСМ Москва — Санкт-Петербург.

Минимум на год, дальше — неизвестность

В ближайшей перспективе нехватка синих воротничков только увеличится. На пороге «высокий сезон» для линейного персонала — летом спрос на них растёт как на дрожжах.

— Именно лето — начало сезона, когда всем очень сильно нужны сотрудники, когда все бюджеты сведены, когда все стройки в полную силу работают, когда многие люди в отпусках, именно в это время начинается сезон, и мы почувствуем ещё большую нехватку линейного персонала, — отметил Александр Смирнов.

При этом офисный персонал продолжат оптимизировать. Если говорить о более дальних перспективах, то низкая безработица и нехватка рабочих рук — это то, с чем России придётся жить ещё на протяжении долгого времени. Вместе с тем растёт необходимость в оптимизации, поскольку повышать затраты уже больше просто некуда, предприятия не выдерживают этой гонки. Значит, сокращения всё же продолжатся, особенно там, где много ненужных и повторяющихся задач при раздутом штате.

— Рынок перестраивается, и в выигрыше будут те, кто видит в этом не опасность, а возможность создать более продуманную, эффективную и человечную систему работы. Руководителям сейчас важно не действовать по привычке, а честно задаваться вопросом, какая именно роль в команде действительно приносит пользу. И вкладываться в тех, кто эту пользу даёт, — констатировала Юлия Кузнецова.

В оценке того, как долго продлится перестройка рынка, эксперты разошлись. Юлия Кузнецова отметила, что серьёзные изменения рынка труда — небыстрое дело, и новое его состояние установится ближе к концу десятилетия. К этому времени смягчится демографическая яма, а система образования догонит запросы экономики. Александр Смирнов же предложил понаблюдать за тенденциями около года.

— Основным фактором будет ключевая ставка. Если она становится приемлемой для того, чтобы бизнес брал дешёвые кредиты, то мы вернёмся к той же ситуации, когда количество офисных сотрудников увеличилось, количество синих воротничков также увеличилось. Думаю, тенденция идёт к тому, что у нас всё будет хорошо, и всё вернётся на круги своя в ближайший год, — отметил эксперт.

Однако те компании, которые с трансформацией не справятся, попадут под естественный отбор, уверен Роман Чурин. Часть закроется, и, как уверяет эксперт, в большинстве случаев ничего трагичного в этом нет — кроме, разве что, потери работы для их сотрудников. Другая часть будет годами доживать в стагнации на остатках коммерческих связей. А часть поменяет собственника или менеджмент и встанет на ноги — они и будут двигать экономику дальше в ближайшие годы, и их сотрудникам явно повезло.

В отличие от тех, кто сталкивается с перспективами сокращений уже сегодня. Впрочем, возможно, это шанс найти более устойчивую к кризисам компанию с сильным управлением.

— Сокращения в большинстве кейсов, которые мы сегодня обсуждаем — это не следствие кризиса. Это годы, в которые собственник и менеджмент путали везение с навыком, — уверен Роман Чурин.